«Благодатное Небо» Алексея Лобанова

Трудами орловца Церкви вернулась уникальная икона, десятки лет пролежавшая в заброшенном храме
Трудами орловца Церкви вернулась уникальная икона, десятки лет пролежавшая в заброшенном храме

Эта история, как отмечает журналист «ОрелТаймс» Елена Михалькова, относится к числу историй из реальной жизни: вдохновляющих, поучительных, разных. Речь о потрясающем нахождении в развалинах храма поруганной иконы «Благодатное небо» работы Н.М. Клейна и о замечательных жителях Орла, которые сделали всё, чтобы вернуть её людям.

Чей-то лик...

Алексей Лобанов строил дорогу до Калуги, и часто проезжал мимо полузаброшенных деревень. Однажды увидел разорённый храм, открытый всем дождям и ветрам. Руины манили, притягивали. Ходить по развалинам — небезопасное дело; кому, если не геодезисту, знать об этом.

Но раскуроченные стены, проваленный пол, обвалившийся купол в храме — это больно. Около церкви — разломанный памятник Ленину, как насмешка, как знак, что всякий Рим падет. Ведомый непонятным чувством, Алексей бродил по развалинам, у стены заметил современные бумажные иконки — их наверняка принесли жители деревни, и тут его взгляд остановился. На одинокой доске у оконного проёма явно просматривался чей-то лик.

Под слоем грязи — Богородица

Ведомый уже другим необъяснимым чувством, Алексей огляделся вокруг в поисках других досок, подходящих по размеру. Собрал. Ветхие, грязные доски, покрытые слоем земли и голубиного помета. Отнес на работу, разложил, как пазл, трещинка к трещинке и аккуратно вымыл тёплой водой. Постепенно из-под тряпки показалась фигура Богородицы в полный рост, держащая младенца. Младенчик смотрел на Алексея, будто живой, доверчиво тянул ручки вверх, его личико и тельце время совсем не тронуло. Лицо Божьей Матери, её развевающиеся одежды и даже туфельки не пострадали, а вот глаза...

Глаза Богородице кто-то вырезал ножом.

В таком виде икона предстала Алексею

Сергей Зайцев
староста Свято-Успенского собора в Орле

— Это нередкое явление у поруганных икон, я много думал, почему им глаза вырезали? Один батюшка подсказал: глаза — самое уязвимое место: я тебя зрения лишу, света, ты больше жизни не увидишь, так рассуждали богоборцы. Такая духовная болезнь. Торжество власти слабого. Не зря же икону разломали и раскидали по храму. Она, по задумке осквернителей, не должна была возродиться.

В окна помещения воскресной школы льется ласковое апрельское тепло, в храмовом дворике бродят голуби и пробивается первая нежная зелень. Но даже если бы кружила метель, обстановка за нашим столом все равно оставалась бы праздничной. Алексей, тот, что нашел икону, пытается скрыть мальчишескую радость, ведь он взрослый, серьёзный человек, но нет-нет, да и расплывётся в улыбке. За его спиной на столике стоит восстановленная икона «Благодатное Небо», большая, храмовая, не меньше 90 сантиметров в высоту. Сегодня он впервые увидел её такой, праздничной. О том, какой была икона, напоминают фотографии, разложенные рядом.

— Это чудо, что икона, минимум пять десятков лет, пролежавшая в грязи и сырости, великолепно сохранилась. Обычно деревянная доска в нашем климате гниёт лет за пять, — удивляется Татьяна Самарина, реставратор. Второй реставратор — муж Татьяны — Аркадий Полевой, на встречу не пришёл, но сделал очень многое, чтобы вернуть задумке иконописца первоначальный вид.

Первые годы советской власти были непростыми для русского православия. В 1918-м году большевики объявили народным достоянием имущество церкви. В 20-е годы большая часть церковной утвари и драгоценностей подвергалась конфискации и перепродаже, другая просто уничтожалась. Свидетели катастрофы прошлого — реставраторы.

— Огромное терпение, высокая концентрация внимания и большой опыт, вот что такое наша работа, — Татьяна смотрит строго и прямо, но видно, что она немного волнуется, переживает, как оценит обновлённое «Благодатное Небо» Алексей. — Нам привозили икону, которая полвека служила настилом в коровнике, лежала перед порогом ликом вниз, как она выжила непонятно. Счистили с неё полтора сантиметра навоза, смотрим, а рисунок сохранился. Были иконы, проткнутые штыком в гражданскую войну, и мы своими глазами видели, как из «раны» сочилось миро. В итоге отверстие закрывать не стали, сохранили для истории.

Как «разговаривают» поруганные доски

— Я на чердаке в период реконструкции нашего храма нашел большую икону Казанской Божьей матери, написанную на дубе, — продолжает Сергей Зайцев. — Лики порезаны, глаза поцарапаны. Несколько дней ходил в шоке. Настоятель был в сомнении: реставрировать — не реставрировать. Я постарался донести, что такие вещи должны остаться в качестве горькой исторической памяти. В церкви запрещено использовать иконы, где повреждены лики — это святотатство, но для этой иконы мы сделали исключение.

— Поруганные доски долго «играют», вытворяют то, что никаким законам физики не поддаётся. Доска может прийти ровная, а через три дня выгнется, вот, как вертолёт, — Татьяна загибает ладонь, чтобы показать, как ведет себя доска. — Дерево давно вылежалось, высохло, ничего подобного происходить с ним не должно! Открываешь ящик, чтобы приступить к работе: еще вчера она была в эту сторону развернута, а сейчас вот так изогнулась — теперь Татьяна для примера мнет в руке чайный пакетик... Какие процессы в ней происходят, непонятно.

— Оживает икона, — утвердительно кивает староста храма.

Рассматриваем снимки до реставрации: хорошо сохранились фигура Богородицы с младенцем по центру, просматриваются изображения ангелов слева, справа — вытертая доска. Что особенно ценно: с обратной стороны иконы подпись: «Жив. Н.М. Клейнъ, 1907 год». Иконописцы редко подписывали свои работы, ведь автор лишь «подмастерье» Святого Духа, поэтому заботились не о сохранении имени, а о том, как лучше донести Его волю.

Но благодаря этой надписи ясно: Алексей Лобанов нашел в руинах авторский список Клейна со знаменитого образа «Благодатное Небо», который создал для Владимирского собора в Киеве один из гениев русской живописной школы Виктор Васнецов.

У самой иконы «Благодатное Небо» впечатляющая история: знаменитого художника пригласил для росписи собора профессор Адриан Прахов. Васнецов поначалу отказался из-за болезни сына. Однажды, на даче, он был очарован видом своей супруги с младенцем на руках. Ребенок потянулся к открывшемуся ему весеннему саду и всплеснул руками. Это настолько пленило Васнецова, что он задумался, как хорошо было бы написать Богородицу с младенцем такими, как предстали перед глазами дорогие ему люди.

В это время Адриан Прахов зашёл посмотреть работы в соборе. На отштукатуренном пространстве профессор и его спутники увидели образ Богородицы во весь рост, несущей на руках Младенца-Христа, который ручками как бы обнимал весь мир. Под впечатлением Прахов зарисовал образ. Позже показал художнику. Васнецов поразился точному совпадению изображений и произнес: «Это был заказ Божий». Образ канонизировали и стали называть «Благодатное Небо».

Что думал Клейн, повторяя работу Васнецова в начале двадцатого века, мы уже не узнаем. Зато можно спросить, что чувствовал Алексей, когда Богородица смотрела на него со стены в гараже.

Продать нельзя реставрировать

— Полгода я не знал, что делать с иконой, — пожимает плечами Алексей, у него приятное открытое лицо и ярко-голубые глаза. — Знакомые не понимали, осуждали: зачем тебе это надо? Потом Андрей, друг, подсказал: надо собрать деньги, отреставрировать икону и передать храму. Жена Ирина очень поддерживала, мы вместе принимали решение, она помогала искать средства.

Андрей недавно повредил ногу, что не помешало ему прийти на встречу, он сидит рядом с Алексеем и сияет, как именинник.

На фото слева — Алексей Лобанов, справа — его друг Андрей Курганов

— Не было мысли продать икону или хотя бы узнать её стоимость? — спрашиваю с обывательским интересом.

— Зачем искушать себя? — отвечает за Алексея Андрей. — Допустим, ему скажут: 500 тысяч рублей. Это же какой соблазн! Поэтому и начинать не надо.

— Я человек небогатый, но продавать желания не было. — Алексей широко и обаятельно улыбается. — Я отделил себя от находки, и рад этому. Икона не моя, она наша, что мне ближе и приятнее. Сегодня для меня очень радостный день. Подождите минутку, я сейчас посмотрю, где её нашел.

Пока Алексей изучает в телефоне гугл-карту, Татьяна Самарина рассказывает об иконе подробнее.

— Скорее всего, сельскому храму ее пожертвовал обеспеченный человек, потому что работа живописца такого уровня стоила очень дорого. Работы Н. М. Клейна находятся в Музее Рублёва в Москве. Клейн сделал не стопроцентную копию Васнецова: он создал авторский список, что говорит о высоком уровне художника. Нижний левый херувим, который почти полностью сохранился, выписан у него гораздо тщательнее, чем у Васнецова. Нимбы Богоматери и младенца слиты воедино. Клейн обозначил арки вверху, это посыл к Владимирскому собору.

— Живописец — неудержимая натура, — вставляет слово староста храма Сергей Зайцев. — Ему скучно делать копию, он обязательно что-то от себя добавит.

— А как сложно реставратору, — подхватывает мысль Татьяна. — Постоянная борьба — тебе надо попасть в руку автора, его почерк, и своё тоже никуда не денешь. Мы работали над иконой два года. Это трудоёмкий, сложный путь.

Сначала расчистка. Очень долгий процесс. Один химический элемент расчищает пространство, открывает старую краску, другой его нейтрализует, чтобы ни в коем случае ни миллиметра автора не ушло! Много возни, зато подлинность сохраняется. А есть иконы, бесценные памятники искусства, которые восстанавливают по пятьдесят лет и больше.

Завершающая часть реставрации — живописная. И тут важно не только точно передать, что было до тебя, важно передать внутренний свет иконы...

Мы с мужем не собираем личную коллекцию старинных икон. Зачем? Особо ценные должны быть в храмах. Дома достаточно своей, скромной бабушкиной. У меня это фотография иконы моей бабушки 80-х годов. А если нужно будет, то муж напишет. Почти тридцать лет назад его благословил на иконопись старец Илий (Ноздрин), и двадцать лет как напутствовал нас на реставрацию.


Алексей Лобанов и Татьяна Самарина

«Человечек» или человек?

— Нашел! Иваново. Деревня Иваново Белёвского района Тульской области, — Алексей демонстрирует точку на карте.

— Я прочитала, что иконе «Благодатное Небо» молятся о наставлении на путь к спасению, вы нашли свой путь, Алексей? — интересуюсь.

— Трудно ответить. Главное, не потерять этот путь. Сейчас я возвращаюсь к тому, что мне нравилось в детстве. С Андреем мы сдружились на почве авторской песни. Теперь я знаю, что это мои люди, моя дорога, что будет потом, сказать непросто.

— Алексей идет правильным путем, он очень надёжный человек, никогда не подведёт, — заверяет сидящий рядом Андрей.

— Видите, в пути Алексей не один, — радуется Сергей. — Он ещё и рыбак заядлый, на Волгу ездит.

— В жизни я его Лехой называю, а на рыбалке — Алексей Иванович, — уточняет Андрей.

— Есть одна песня у Козловского, там такие слова: «Ты выходишь за порог — крылья-плечи. Полуптица, полубог — человечек», — вдруг вспоминает Алексей.

— Когда кто-то нашел дорогую икону и отдал ее в храм, он уже, наверное, не «человечек», а человек?

— Я так скажу: мне есть чем гордиться. Есть, о чём рассказать детям.

— Это хорошая гордость, не тщеславие, — уточняет Сергей Зайцев.

— Да, надо отличать гордыню от гордости. Гордиться сейчас не модно. А дети должны гордиться. Иначе у них не будет понятия родины, города, дома... — поддерживает Татьяна.

— Мы немного отклонились от темы, задача иконы наиболее полно выразить истинное воплощение Христа средствами искусства. Её цель — помочь молиться, — поясняет староста собора. — Та церковь в Иваново разрушена, а икона — спасена. Представьте, сколько людей молились ей во времена Первой мировой войны, возможно, в гражданскую и в Великую Отечественную. Алексей для души пользу принес, ведь старцы говорили: «И крыло мухи имеет вес, а у Бога весы точные», пример своим детям и окружению показал, и, главное, — вернул икону на её место.

В комнату, где уже давно за разговором остыл чай, заглядывает настоятель Свято-Успенского (Михаила-Архангельского) собора, протоиерей Владимир Сергеев. Внимательно рассматривает образ.

— У меня слов нет... — наконец, говорит он. — Я очень рад, что икона обрела первозданный вид и займёт свое место в храме. Даже с выколотыми глазами лик Богородицы чудесным образом взирал на нас, ведь Бог поругаем не бывает. Душа радуется, что икона снова открыта для молитв.

Сегодня в храме Михаила Архангела перед иконой «Благодатное Небо» читают акафист Пресвятой Богородице. Сегодня её официально представят прихожанам. Так из небытия, из ветхой доски, возродилась жизнь.

Елена Михалькова
OrelTimes.ru

164