Самовар с историей. Свидетель судьбы о. Иоанна Крестьянкина и о. Николая Азбукина

7 января в храме Смоленской иконы Божией Матери отдел социального служения и церковной благотворительности Орловской епархии провел праздник для детей из социально-реабилитационного центра для несовершеннолетних с чаепитием, за которым они услышали несколько удивительных историй из жизни известных в Орле пастырей прошлого.

Среди его воспитанников центра — дети, попавшие в сложную жизненную ситуацию или изъятые из семей, где взрослые по тем или иным причинам не смогли или не захотели носить высокое звание родителей. За плечами каждого из ребят своя непростая история, груз которой было бы нелегко нести и взрослому. Поэтому активисты социального служения постарались, по мере возможности, внести радостные праздничные нотки в их жизнь, познакомить с праздником Рождества Христова и сделать всё, чтобы этот день отложился в их памяти.

Для юных гостей храма были подготовлены праздничное чаепитие и концерт учащихся воскресной школы. Затем ребята познакомились с устройством храмовой звонницы, и каждый желающий под руководством профессионального звонаря смог вдоволь позвонить. Вслед за этим они поучаствовали в разведении настоящего старинного самовара и на практике познакомились со старинной русской традицией чаепития. В заключение программы праздника ребятам были розданы подарки: игрушки, собранные прихожанами в ходе специальной акции, и наборы сладостей.


Самовар с историей

Итак, «гвоздём программы» Рождественского праздника для детей послужил настоящий старинный самовар полуторавековой давности, принадлежавший известному в дореволюционном Орле батюшке — протоиерею Николаю Азбукину, служившему в своё время в Никольском храме. Для нынешних верующих он известен тем, что являлся первым духовным наставником и воспитателем прославленного старца о. Иоанна Крестьянкина. С младенческого возраста будущий старец и прозорливец прислуживал отцу Николаю в алтаре, ездил с ним на требы, был гостем в его доме и на всю жизнь сохранил тёплые воспоминания о своём наставнике.

Конечно, можно сказать: «Да это всего лишь самовар!» Нехитрый предмет быта и уж никак не святыня (не епитрахиль же, не наперстный крест) — что он может поведать он о своём прошлом владельце, о его служении? Но если мы всей душой захотим проникнуться жизнью и судьбой интересующего нас человека, то и бытовой предмет может рассказать очень многое. Глядя на образцовое состояние самовара и вызывающие уважение следы частого использования, можно сделать вывод, что пребывал он в многочисленном и гостеприимном семействе. А вспоминая рассказы отца Иоанна об отзывчивости, деликатности и абсолютно ровном отношении его детского наставника ко всем прихожанам, способность не взирать ни на материальный достаток, ни на чины и звания, но любить и уважать всех, можно сделать вывод, что и за столом его у этого самого самовара находили радушный приём все желающие. В том числе и мальчик Ванюша, будущий православный светоч, тогда делавший первые шаги на пути служения Богу. Кто знает?

Не здесь ли истоки того радушия, с которым архимандрит Иоанн в дальнейшем принимал со всей России гостей, от нищих и бродяг до министров и президентов, приходивших к нему за духовной помощью и советом? И пример стойкости в вере, готовности принять за неё любые физические муки мог получить отец Иоанн от своего первого батюшки-учителя. Ведь тому, как и любому другому достойному священнику сталинской эпохи, пришлось пить чашу, если не мученика, то, по крайней мере, исповедника — страдальца за веру. Не было у отца Николая ни малейшего желания отречься от сана, уйти к «обновленцам» или каким-либо иным образом обезопасить свою дальнейшую участь — после закрытия храма она была предельно ясна. Но Господь уберёг Своего слугу от дальнейших испытаний и мирно призвал его к Себе. И вспоминали потом родные отца Николая Азбукина о том «курьёзном», если так можно выразиться, случае, когда к нему в дом пришли вооружённые представители карательных органов с ордером на арест «опасного борца с властью и преступника», но вместо этого обнаружили во гробе тело мирно почившего старца. Старца, вся вина которого заключалась в желании посвятить жизнь Богу.


Предательство, 10 лет в лагерях и прощение

Хочется сказать несколько слов о судьбе других членов семьи Азбукиных — необычных людях необычной эпохи. Так, сын отца Николая, Георгий Николаевич, получив образование в Варшавском университете (тогда это была часть Российской империи), стал замечательным юристом. И, даже несмотря на «неправильное» происхождение, его знания понадобились молодому советскому государству. Но вот большой вопрос: нужно ли было советское государство (с учётом его отношения к религии) искренне верующему молодому юристу? Как в дальнейшем вспоминал сам Георгий Николаевич, ключевую роль в принятии решения сыграли обращённые к нему слова одного высокого начальника: " Как вы до этого служили царю, так послужите не нашей власти, но своему народу." Служить народу Георгий Николаевич не стал отказываться. Но даже служба эта не спасла семью от дальнейших испытаний.

На его невесту Зинаиду Михайловну Мищенко, дальнюю родственницу нашего великого земляка генерала А.П.Ермолова, поступил донос в НКВД — якобы, её отец при «царском режиме» был генералом. Тогда подобное «преступление» каралось 10 годами заключения в исправительных лагерях. И долгие 10 лет Георгию Азбукину пришлось ожидать возвращения своей невесты. Но самое прискорбное заключалось в том, что донос поступил от православных же людей, двух сестёр, вместе с Азбукиными входивших в узкую полуподпольную общину верующих и осведомлённых о их "слабых"местах. Как выяснилось в дальнейшем, причиной доноса послужила надежда одной из сестёр связать себя узами брака с Георгием Николаевичем. Здесь мы встречаем прямое созвучие с биографией о. Иоанна Крестьянкина. Примерно в то же время он так же отправился в тюрьму по доносу своего коллеги священника, позавидовавшего популярности отца Иоанна. Как видим, страшное время переламывало даже верных, заставляя проявлять самые низменные качества. Оставались лишь самые верные.

И в жизнеописании о.Иоанна мы находим поразительный момент. Когда на очной ставке он встречает оклеветавшего его священника, то с радостью спешит, к великому изумлению следователя и ужасу самого предателя, заключить того в братских объятиях. И Зинаида Михайловна, пройдя через все ужасы лагерей, искренне простила обрекших её на эти испытания. Как если бы ничего и не было, предав прошлое забвению, вместе с ними молилась посещая немногочисленные храмы Орла. А в 1959 году Азбукины приняли под своим гостеприимным кровом на ул.Нормандия-Неман семью вернувшегося из-за границы на Родину молодого священника Мефодия Борисенка, который и поделился с нами реликвией и историей славного рода.

Будем уповать, что молитвами святых наших отцов ребята, чаёвничавшие на Рождество в нашем храме из старинного самовара, так же найдут путь к Богу!

Руководитель Отдела социального служения и церковной
благотворительности Орловско-Болховской епархии
иерей Олег Анохин

1732