3. Церковь на Орловщине в XVIII веке

В XVIII столетии средоточием духовного управления в городе Орле и его уезде был Орловский духовный приказ, переименованный в середине XVIII века в духовное правление. Здесь работали два сотрудника, именовавшиеся сперва судьями, а затем управителями. Должность главного судьи обычно занимали игумены и архимандриты монастырей — Богоявленского и Успенского. Второй судья, или судящий, избирался из среды белого духовенства. До перенесения Богоявленского монастыря за город Орловский духовный приказ находился в собственном каменном здании в городе; когда он был перенесен в Успенский монастырь, то прежнее его здание пришло в ветхость.

К середине XVIII века наметился кризис церковного управления. Некоторые епархии, в том числе и Коломенская, были разделены на несколько частей, располагавшихся чересполосно с другими. Границы их не соответствовали государственно-административному делению, что мешало согласованию действий государственных и церковных инстанций. Орловщине, как самой удаленной территории Коломенской епархии, уделялось наименьшее внимание.

В 1764 году, наряду с секуляризацией церковных земель, Екатерина II провела унификацию церковного и государственно-административного территориального деления. В 1765 году Ливны были переведены в Воронежскую епархию из Крутицкой. По указу Святейшего Синода возникло Севское викариатство в составе Московской епархии. В него вошли города Севск, Брянск, Трубчевск, Карачев, Мценск, отошедшие от Московской епархии; Орел и Кромы — от Коломенской. Благодаря этому разрешилась проблема удаленности Орловщины от епархиального центра. За период с 1764 по 1788 викариями здесь были пять владык: Тихон (Якубовский) (1764 -1767), Кирилл (Флоринский) (1768 — 1778), Амвросий (Подобедов) (1778 — 1782), Дамаскин (Семенов-Руднев) (1782 — 1783), Феоктист (Мочульский) (1784 — 1787).

Однако тогда же было временно свернуто монастырское строительство. По штатам 1764 года на территории Орловщины осталось всего два штатных монастыря — Орловские Успенский и Введенский. Мценский Петропавловский, Болховский Христорождественский и Новосильский Троицкий Свято-Духов переводились за штат. Остальные упразднялись.

Но число простых приходских церквей в этот период продолжало расти. Так, в 1755 году в городе Орле насчитывалось 11 церквей, а в уезде (без города) — 86, к 1787 году в городе было уже 22 приходских и монастырских храма, в 1764 году в г. Болхове — 20. В Ливенском уезде в 1749 году было 79 церквей.

Во время церковной зависимости от Севской кафедры, в Орле в первый раз устроены были кладбища и церкви при них; до этого мертвых хоронили возле приходских церквей. Первой кладбищенской церковью в городе Орле по времени заложения была Ахтырская с приделом святого великомученика Никиты.

Тогда же на Орловщине распространяется церковное каменное строительство. На первых порах его инициаторами выступают монастыри — Оптин и Христорождественский в Болхове, Вознесенский и Петропавловский во Мценске, Сергиевский в Ливнах, Богоявленский в Орле.

В годы принадлежности Орловщины к Севской епархии наметился значительный подъем интеллектуального и нравственного уровня духовенства и паствы. Архипастыри вызывали ученых монахов из Киевской епархии, заводили при церквах библиотеки, требовали от духовенства обязательного обучения детей и народа. Второй епископ Севский и Брянский — преосвященный Кирилл — учредил при архиерейском доме Ставленническую контору для обучения кандидатов на священнические и церковные должности. Епископы сами производили испытания духовных лиц с целью добиться правильного и разумного совершения ими служб.

Наиболее же важным событием за это время было появление духовных учебных заведений. При третьем Севском епископе Амвросии (Подобедове), впоследствии Петербургском митрополите, была основана в 1778 году в городе Севске Духовная семинария. Окончательное ее устройство относится ко времени пятого епископа Севского Феоктиста, когда в 1784 году был открыт в семинарии богословский класс. Кроме семинарии, в Орле, Брянске и Карачеве были открыты духовные училища. Благодаря этому не только в городских, но и сельских приходах начали появляться прошедшие богословскую школу священники и диаконы.

Уровень образования значительной части духовенства оставался низким. Оно ограничивалось грамотностью, получаемой в результате домашнего обучения, и дети духовенства нередко не умели подписаться или могли поставить подпись, подражая литерам церковной печати, не дописывая полного имени. Священнические дети мужского пола определялись в приход родителей пономарями или дьячками, а после их смерти просились на те же места. Большую часть кандидатов на священнические места в селах составляли градские дьячки, пономари и соборные сторожа, так как они лучше других читали богослужебные книги и почти всегда умели писать, хотя это не всегда требовалось при производстве в священника. Основная же масса священства оставалась неграмотной и плохо сведущей в вопросах веры. Поэтому в двадцатых годах XVIII века была открыта духовная школа для подготовки детей духовенства в главную коломенскую школу. В ней должны были обучаться дети градского и уездного духовенства. В 1744 году вышел указ, по которому за укрывательство духовенством детей от школы налагался штраф.

Духовная семинария располагалась в Севске, а 15 сентября 1779 года в Орле было открыто духовное училище, подчиненное ректору Севской семинарии. Оно помещалось в Успенском мужском монастыре, в третьем этаже большого каменного корпуса над настоятельскими кельями.

Севские архипастыри старались поднять нравственно-религиозный уровень в среде простонародья. Преосвященный Кирилл настаивал, чтобы священники по воскресным и праздничным дням учили своих прихожан вере и нравственности.

Распространено было на Орловщине старообрядчество. Большая часть жителей города Орла склонилась к нему ещё во время патриарха Никона. Впоследствии, когда часть московских стрельцов была переселена в Орел, в городе появляются уже две секты — поповская и беспоповская. Случаев обращения из раскола почти не было. Преосвященный Кирилл, убедившись во время своего неоднократного пребывания в Орле, что здесь «почти все дышат расколом», пытался действовать словом пастырского увещевания. Но его проповеди возбудили негодование многих жителей города, и он вынужден был указывать священникам — «по крайней мере, спасать от рока погибели невинных», т.е. противодействовать раскольнической пропаганде. Тех из священников, кто укрывал неисповедывавшихся и непричащающихся, он штрафовал денежной пеней, заключением в монастыри и отрешением от приходов. Такому штрафу подвергнуты были богоявленские попы (Григорий Филиппов и Иоанн), архангельские (Алексей Васильев и Петр Васильев) и никольские. Раскольники имели в Орле свои молельни и своих попов, которых поповцы доставали иногда за деньги в среде православного духовенства. В 1772 году в Орле и Орловском уезде среди раскольников открылась новая ересь, к которой приставали многие помещичьи люди. Для расследования этого дела в город по Высочайшему повелению прибыл полковник Волков. Дело кончилось кнутом и ссылками. Орловская губерния считалась также родиной скопчества, основателем которого был Андрей Селиванов. Сохранялись и дохристианские верования. Часто они смешивались с христианскими обрядами, но от этого не теряли своей сущности.

Продолжали свирепствовать и разбойники. Для борьбы с ними в 1738 году была учреждена военная команда для их поимки в Брянском и смежных с ним уездах, а в 1765 году против Болховских разбойников была отправлена команда из гренадеров Воронежского пехотного полка. В Орле жители вечером запирали ворота и не выходили ночью на улицу. Воры грабили и церкви, забирая деньги, священные сосуды и т.д. В Синодике Орловского Успенского монастыря значатся иеромонахи, убиенные «воровскими людьми».

6297