Я — чадо Русской Православной Церкви

К 60-летию хранителя церковной истории Виктора Ливцова

Летописец церковной истории региона и хранитель его культурного наследия, Почетный гражданин Орловской области и председатель епархиального отдела по взаимодействию с представителями государственной власти и общества, доктор исторических наук и профессор Виктор Ливцов 10 декабря принимал поздравления с 60-летием. При его участии верующим возвращена значительная часть храмов и монастырей Орловской земли, его вклад в сохранение святынь России признают ВООПиИК и ЮНЕСКО. В интервью сайту Орловской митрополии он поделился своими воспоминаниями.

Как общество встало на защиту храмов

— Виктор Анатольевич, поделитесь вашим опытом прихода к вере. Был ли он связан с вашим становлением в качестве ученого, или эти процессы шли отдельными путями?

— Мои первые детские воспоминания о вере сформированы моей бабушкой Антониной Михайловной, которая тайно меня и крестила. В её доме были иконы, которые я до сих пор храню. В юности, пришедшейся на предреволюционные годы, она даже хотела уйти в монастырь, но все же осталась в миру, и много рассказывала мне о тех непростых годах. Пронеся любовь к Богу через всю свою жизнь, она была настоящей молитвенницей — думаю, по её молитвам я и живу.

Любовь к истории края и страны в меня вдохнули родственники, всю жизнь прожившие на Орловщина и хорошо ее знавшие. Затем ее развили наставники в годы обучения наисторическом факультете Орловского государственного педагогического института (ныне Орловского государственного университета). В его стенах я начал заниматься наукой.

После вуза по распределению меня направили преподавателем в Сабуровскую школу, где я возглавил первичную организацию Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры (ВООПИиК).

Начав в середине 80-х с изучения и сохранения памятников Орловского района, в 1987 году я продолжил эту работу в областной организации, где меня избрали заместителем председателя, а в 1990-м — штатным председателем Совета Областного отделения ВООПИиК. Затем избрали членом Центрального Совета общества в Москве, а в 2000 году — заместителем Председателя ЦС. В составе комиссии ЦС ВООПИиК мне довелось участвовать в проверках состояния работы по сохранению памятников в Новгородской, Липецкой, Тюменской и Тверской областях.

В 1990-2000-е годы вместе с единомышленниками мы старались сделать Областное отделение ВООПИиК центром возрождения исторической памяти в регионе. Восстанавливали старинные наименования улиц (например, Богоявленской и Каменской площадей, Гостиной и Васильевской улиц, Георгиевского переулка в Орле), организовывали раскопки Орловской крепости, благодаря чему там уже в 2016 году удалось обнаружить фундамент собора Рождества Богородицы.

Когда я стал заниматься в ВООПИиК восстановлением храмов и их постановкой на охрану (если храм не имел такого статуса, его могли снести), благодаря рассказам старших членов я уже знал все их названия.

Виктор Ливцов в юношеские годы

Меня всегда завораживала красота православных соборов и церквей, православного богослужения. Я всегда очень ценил синтез культуры и духовности, который мы наблюдаем в храме. С юности считал, и сейчас уверен, что икона, пение и архитектура неразрывно связаны между собой, и нельзя икону помещать только в музей или петь духовные песнопения лишь в концертном зале. Мне это казалось и кажется противоестественным.


Привокзальная площадь в Орле в послевоенные годы. Корпуса Орловского отделения Московской железной дороги ещё не построены (конец 50-х), поэтому видна разрушенная Иверская церковь

В конце 80-х общественное мнение в стране и на Орловщине склонилось к возвращению сохранившихся храмов верующим. Помню, как на градостроительном совете в администрации Орла (горисполкоме) встал вопрос о сносе храма Иверской иконы Божией Матери. Тогда мы с художником и историком Владимиром Неделиным инициировали публикации в его защиту; они вызвали к жизни приходскую общину, и, в конце концов, спасение и возрождение святыни. Затем мы стали создавать инициативные группы для сохранения храмов. При моем участии Церкви были возвращены все храмы города Орла кроме разве только Николо-Песковского, которым непосредственно занимался тогдашний секретарь епархии протоиерей Иоанн Троицкий.

Особенном важно было возродить в Орле два монастыря, Введенский и Свято-Успенский, в приходские общины которых я тоже входил. Владыка Паисий благословил меня возглавить приходской совет Свято-Троицкой церкви Успенского монастыря, которую сравнительно быстро удалось восстановить. Вокруг неё мы организовали Успенское братство, переросшее в Успенский мужской монастырь. Одним из самых памятных событий тех лет, произошедших при моем участии, стало восстановление захоронений пяти орловских епископов на территории монастыря (Преосвященных Никодима, Поликарпа, Ювеналия, Иринея и Митрофана) в 1994 году.

Перезахоронение орловских архипастырей на территории Свято-Успенского монастыря. 1994 г.

Перезахоронение орловских архипастырей на территории Свято-Успенского монастыря. Виктор Ливцов — в центре, рядом с архиепископом Паисием. 1994 г.

Мне представляется, что с восстановлением мужской и женской обителей Орёл снова находится под особым покровом Божией Матери.

Мы организовали сбор и выделение средств на восстановление храмов и монастырей в районах области: Никитской и Троицкой церквей во Мценске, Спасо-Преображенского собора в Болхове, Спасской церкви в селе Спасское-Лутовиново и других.

«Вы губите себя, общаясь с попами!»

— В этом деле вам ведь приходилось преодолевать противодействие, в том числе со стороны властей. Какие эпизоды вам наиболее запомнились?

— Когда-то, еще в советское время, работая в ВООПИиК, я стал регулярно посещать епархиальное управление, после чего получал выговоры от советских и партийных начальников. Один даже сказал: «что же вы творите, вы такой молодой, вам еще жить и жить! А вы губите себя и дискредитируете, общаясь с попами».

   

Те времена прошли, но, как не удивительно, в общественных противостояниях уже последних лет некоторые представители либеральной интеллигенции снова называли меня «прислужником попов». Этот упрек когда-то мог стать ударом по карьере. Но и сегодня, к сожалению, некоторые считают церковность постыдной. Есть еще силы, которые могут бросить тебе в лицо: «ты — прислужник попов». Я не считаю себя чьим-либо прислужником — я чадо Русской Православной Церкви.

Тогда, в 90-е годы, благодаря усилим общественности мы сделали многое, и потому значительная часть монастырских и храмовых были переданы верующим. В то время как, например, в Калуге только в 2017 году архив выехал из здания женского монастыря. Таким образом мы, орловчане, опередили соседей на двадцать лет минимум.

Один из первых крестных ходов общины Троицкой церкви Успенского монастыря. Виктор Ливцов — крайний слева

Один из первых крестных ходов общины Троицкой церкви Успенского монастыря. Виктор Ливцов — крайний слева. 1992-1994 гг.

Хотя меня крестили во младенчестве, в советские годы я не причащался и не исповедывался, и возродить жизнь в церковных таинствах мне помог священник Владимир Герченов, тогда ещё только недавно рукоположённый. Он меня исповедал и причастил на рубеже 1990-х годов. Все эти годы нас связывает крепкая дружба.

Жизнь соединяет нас с удивительными людьми. Когда я работал в администрации области, в моем управлении трудился сотрудник Алексей Заночкин, всегда вызывавший глубокое уважение своей вежливостью и исполнительностью. И я очень рад и горд, что сейчас он заслуженно стал епископом Мценским, викарием Орловской епархии. Этот город особенно дорог для меня, так как некоторые из моих корней идут оттуда. А с сегодняшним главой района Иваном Александровичем Грачевым меня связывают дружеские отношения — с ним вместе мы учились на одном курсе исторического факультета. И когда начала сформировываться идея об основании скита на месте мученической кончины просветителя Орловщины святого Кукши, а Алексей Заночкин решил посвятить себя этому делу, я вместе с ним приехал во Мценск, и способствовал началу их дружбы с Иваном Грачевым. И думаю, что через 100 лет, обращаясь к прошлому люди будут вспоминать не надои и урожаи в районе (хотя это, безусловно, тоже важно), но вспомнят то, что сегодня делается для вечности. Владыка Алексий, Иван Александрович и отец Владимир — это духовная опора Мценский земли. Именно их руками сегодня творится история.

— А как еще вы участвовали в жизни Церкви, в изучении её истории?

— Участие в жизни Церкви в 1980-1990-е годы подтолкнуло меня к более глубокому изучению этой темы с научной стороны, и в 1997 году я защитил кандидатскую диссертацию по теме «Государственно-церковные отношения в СССР и России: проблемы религиозной безопасности (60-90-е годы)». В 1990-2000 годы читал в ОГУ курсы по истории России, истории религии, сохранению историко-культурного наследия, истории Русской Православной Церкви, краеведению. Вместе со студентами мы неоднократно организовывали поездки с целью реставрации святынь в различных районах области, например, Троицкого Оптина женского монастыря в Болхове.

Совместно с моими учениками и аспирантами в 2007 году мы издали книгу «Историю Орловской Епархии». Она стала первым трудом за последние 100 лет, описавшим всю историю развития Православия в регионе. Я горжусь своими воспитанниками, своей научной школой. В качестве научного руководителя я подготовил нескольких кандидатов и одного доктора наук.

Одновременно с преподаванием я продолжал работать председателем в Администрации области, занимаясь работой с молодежью, развитием туризма и спорта.

В 1994 году Владыка Паисий благословил меня войти в состав Орловского епархиального отдела по религиозному образованию и катехизации. Мне довелось принять участие в воссоздании Орловского Церковного историко-археологического общества. С августа 2011 года указом архиепископа Пантелеимона я был назначен председателем отдела по канонизации святых Орловско-Ливенской епархии, оставаясь им до конца 2014 года. С 2014-го по благословению митрополита Антония возглавляю Епархиальный отдел Орловской епархии по взаимодействию с представителями государственной власти и общественности.

В 2014 году меня пригласили на должность заместителя директора Среднерусского института управления — филиала Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ, и уже здесь со студентами мы продолжаем изучать и сохранять богатую историю нашей Церкви и нашей страны.

«Людей, помогающих возрождению церковной жизни — большинство»

— Давайте поговорим не только о страницах истории и исторических зданиях, но и о людях. Вы участвовали в процессе реабилитации жертв репрессий, и собирали необходимую информацию для их реабилитации. Видимо, это было нелегко?

— Да, в конце 20 века мы с единомышленниками провели большую работу по восстановлению славных имен наших незаконно репрессированных земляков. Надо отметь, что немалую часть среди них составляли священнослужители и деятели Церкви. Будучи ответственным секретарем комиссии по реабилитации при областной администрации, я в составе коллектива авторов — Юрия Балакина, Алексея Алёшина, Дмитрия Краюхина, Анатолия Перелыгиа участвовал в подготовке и издании пятитомной Книги памяти жертв политических репрессий на Орловщине «Реквием», которая удостоилась двух благодарственных писем Святейшего Патриарха Алексия II. Была поддержана инициатива по установке памятника жертвам политических репрессий в Медведевском лесу, а также по и возведению там поклонного креста и Скита Новомучеников Российских.

Особенно сложно проходила политическая реабилитация почётного гражданина Орла Великого Князя Михаила Александровича Романова. На первом этапе она не увенчалась успехом. Однако затем, во время международной научно-практической конференции «Первый гражданин России» в декабре 2007 года удалось вернуться к этому вопросу. На этот раз дело было доведено до логического конца, с опорой на имевшийся орловский опыт, и завершилось реабилитаций Великого князя.

Знаковой стала реабилитация Афанасия Андреевича Сайко. Он еще не причислен к лику святых, но, думаю, это обязательно произойдёт. Нам удалось добиться его реабилитации по нескольким делам, и собрать уникальные данные для его жизнеописания. Материалы об этом удивительном подвижнике благочестия просто могли быть просто уничтожены. Сегодня они переданы в Государственный архив Орловской области, и составляют отдельный фонд. Там есть и записи знавших его свидетелей, материалы правоохранительных органов и личные дела из медицинских учреждений, где его пытались «лечить».

Спасение церковных архивов — отдельная история. В советское время дела Церкви хранились в двух местах — отдел уполномоченного по делам религии и в епархии. Какое-то время мне пришлось возглавлять подразделение, которое занималось координацией отношений Церкви и областной администрации. Когда я принял бывший архив уполномоченного, то увидел в кабинете распахнутый сейф. Часть уникальных документов валялась на полу, часть — в мусорной корзине. Эти материалы нам удалось спасти и передать их в архив; они проливают свет на послевоенную историю Церкви.

Вторая часть фонда по истории Орловской епархии появилась благодаря Высокопреосвященнейшему митрополиту Антонию и историку А.И. Перелыгину. Когда некоторые недобросовестные работники епархии захотели уничтожить епархиальный архив, Владыка благословил передать его на государственное хранение. Так были спасены редкие церковные документы послевоенного времени.

Важно сказать, что в борьбе за сохранение церковных памятников истории и культуры приходилось сталкиваться с людьми, занимающими атеистические позиции. Помню, когда мы боролись за передачу церкви Михаила Архангела в Орле, я обратился к журналистскому сообществу с просьбой поддержать нас в этом деле. Удивительно, но практически никто не откликнулся, кроме тогда еще молодого краеведа Алексея Кондратенко. В 1988-1989 годах он написал несколько смелых статей в поддержку передачи храма епархии; помню название первой — «Кому он нужен, этот храм».

  

В ответ один из партийных функционеров даже сказал: «Что я буду делать со всеми этими храмами, когда „перестройка“ закончится, и придется их снова закрывать».

Виктор Ливцов с протоиереем Владимиром Дорошем в Михаило-Архангельском храме

Слева: Виктор Ливцов с протоиереем Владимиром Дорошем в Михаило-Архангельском храме. Справа:
огромный котлован в центре храма угрожал его разрушением

Пока некоторые опасались последствий, Кондратенко (сегодня — доктор филологических наук, профессор, видный орловский журналист), не побоялся поставить свою подпись под статьей в защиту святынь нашего народа.

Помню, как в 2011 году я дал большое интервью в поддержку строительства в Орле нового собора, и мне сразу позвонили по телефону с угрозами. Я даже не думал, что в наше время могут преследовать за желание построить собор. Оказывается, такие силы есть.

Как написано в истории Церкви, малое стадо Христово всегда было и будет гонимо, даже в самые благоприятные времена — а сейчас они благоприятны. До сих пор в Орле не передан верующим перестроенный в кинотеатр «Победа» Георгиевский храм, хотя рядом стоит поклонный крест. Мы видим, что на месте бывших кладбищ и храмов строятся дороги, возводятся сооружения. Помню, как мне звонили и угрожали, когда мы выступали за сохранения Лутова кладбища в микрорайоне «Новая Ботаника», на месте которого уже закладывали фундамент под строительство многоэтажного дома. Мы приезжали туда с моими товарищами и учениками Станиславом Абакумовым и Евгением Борисовым, и фотографировали торчащие из земли берцовые кости — как на полотне Верещагина. И я благодарен Владыке Антонию за то, что он благословил построить там храм. Некоторых из тех, кто осмелился поднять руку на это святое место, уже нет в живых, и это, видимо, не случайно.

Всякий, следующий за Христом, должен понимать, что мир лежит во зле и восстает против тех, кто хочет доброго.

Однако я с оптимизмом смотрю в будущее. Вокруг много людей, помогающих возрождению церковной жизни. И таких — большинство. Верю, что Орловщина станет одним из великих духовных центров нашей любимой Родины.

Беседовал Е. Борисов

Фото: Анатолий Борисов, Леонид Тучнин, из личного архива В.А. Ливцова

263